Можно ли привлечь руководителя СО СУ СК РФ к ответственности за дачу ложных показаний в судебном заседании?

Содержание
  1. Коптевский отдел СКП обвиняет четырех пенсионерок в даче заведомо ложных показаний
  2. Трын-трава, или Станет ли «песня про зайцев» гимном Следственного комитета
  3. – все члены группы, были детально проинструктированы Азизовой И. о линии поведения, которой надлежало придерживаться в случае, если проведенная сделка по купле либо продаже иностранной валюты станет предметом разбирательства правоохранительных органов – в такой ситуации, Азизовой И. было определено, что тот член группы, в отношении которого будет установлено проведение незаконной валютной операции, должен сразу и безоговорочно признавать факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.15.25 КоАП РФ, и признавать сумму, на которую была проведена данная операция – что бы сотрудники правоохранительных органов ограничились лишь изъятием данной суммы, и не проводили более детальную проверку, результатом которой могло бы стать изъятие более крупных сумм оборотных и незаконно полученных в качестве дохода денежных средств, а так же установление всех обстоятельств и пресечение всей незаконной банковской деятельности группы в целом (приговор вступил в законную силу 07.08.2018 г.)

Коптевский отдел СКП обвиняет четырех пенсионерок в даче заведомо ложных показаний

Можно ли привлечь руководителя СО СУ СК РФ к ответственности за дачу ложных показаний в судебном заседании?

Легче легкого получить судимость за ложные показания, помогая друзьям в простой житейской ситуации.

Четверо подруг не убивали губернатора в центре столицы, не взрывали метро, не крали миллионы пенсионных денег. Они простые пенсионерки, которые случайно попали в поле зрения тех, кто должен расследовать серьезные преступления, но занимается совсем другими делами.

– Мы не собираемся с вами говорить. Наша позиция – результаты уголовных дел, – Татьяна Нефедова, руководитель следственного отдела по Коптевскому району Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Москве.

А я всего-то хотела поинтересоваться у нее очень странными уголовными делами.

Из письма пожилых женщин в редакцию: “Нас обвиняют в даче заведомо ложных показаний на судебном заседании, которого не было! Наше дело инспирировано, чтобы защитить судью, сфальсифицировавшего документы судебного заседания от 23 июня 2008 года, где мы якобы выступали свидетелями по гражданскому делу. Но мы на судебном заседании не присутствовали! И, разумеется, на нем не выступали!”

Летом 2008 года некий молодой человек – Александр Зинковский, сын их умершей подруги по работе, нашел женщин с просьбой о помощи. Он хотел, чтобы пожилые женщины встретились с его адвокатом. Речь шла, как объяснил он, о том, чтобы помочь ему как наследнику получить право на комнату в коммунальной квартире, которой они с матерью пользовались.

Комнату, которая оказалась в центре странной истории, его мать получила в 70-х годах прошлого века. Подруги умершей – Валентина, Наталья, Татьяна и Любовь – почти все пенсионерки, кто-то из-за инвалидности.

Встреча с адвокатом состоялась в здании Коптевского районного суда.

– Мы по очереди беседовали в одной из комнат, никак не похожей на зал судебных заседаний, с какой-то женщиной лет сорока, представившейся адвокатом, – рассказывает одна из подруг. – К сожалению, за давностью времени никто из нас ее фамилию не запомнил.

Отвечая на вопросы адвоката, мы рассказывали, что наша коллега с сыном Александром периодически проживали в этой комнате. Все, что мы знали, нам было известно в основном со слов самой Валентины, с которой дружили.

Некоторые из нас в этой комнате были и, соответственно, как могли, хотя с тех пор прошло больше 30 лет, описали обстановку.

Наши рассказы адвокат записывала от руки на листах бумаги и просила каждого подписать лист об ответственности за дачу ложных показаний. Нам объяснили, что так положено, и мы отнеслись к этому как к необходимой формальности для дальнейшего вызова нас в суд. Все поставили свои подписи.

Больше женщин никто не тревожил. Но осенью 2009 года это дело получило неожиданное продолжение. Наталью, одну из женщин, вызвал следователь Николай Телышев.

На допросе “выяснилось”, что у женщины не было никакой встречи с адвокатом, а был самый настоящий суд, где все подруги умершей давали “ложные показания”.

Процесс тот состоялся, оказывается, под председательством судьи по фамилии Митюшов.

Дальнейшая судьба спорной комнаты в коммуналке, о которой никто из женщин не знал, оказалась весьма любопытной. И криминальной. На освободившуюся после смерти женщины комнату претендовали сын умершей и соседи по коммуналке – семейная пара Артановых. Спорная комната не была приватизирована. Александр решил, как потом выяснится, пойти неправовым путем.

Он нашел неких граждан, которые за весьма солидную плату обещали ему решить проблему в его пользу. Для этого он обратился к маминым подругам и пригласил их на встречу. Кто была та женщина, которая им представилась адвокатом, так и осталось неизвестным. Кто были те “помощники”, что пообещали за деньги решить квартирный вопрос, тоже неизвестно.

Никого из этих людей следствие не искало и не ищет. Вероятно, на то есть причины.

https://www.youtube.com/watch?v=ocey9LKTNKc

Но поначалу Александру повезло. У него в руках появились документы с решением Коптевского суда под председательством судьи Митюшова. По ним комната перешла ему. Соседи опротестовали это решение, и оно было отменено городским судом.

Скандальное дело вновь вернулось в Коптевский суд, где другой судья принял прямо противоположное решение: комнату отдать соседям. Ничего этого подруги не знали. После этого вердикта прошло четыре месяца.

И вдруг в августе 2009 года судья Фролова из того же Коптевского суда выносит частное определение с требованием привлечь к уголовной ответственности свидетелей первого процесса за дачу ложных показаний. Никого из женщин на процесс судья Фролова даже не подумала приглашать.

Получилась странная ситуация – судья Фролова, не присутствовавшая на первом судебном заседании, вынесла частное определение в адрес свидетелей, которых она не видела и не слышала. Судья Митюшов к этому моменту из Коптевского суда ушел, проработав там очень недолго.

Дело “лжесвидетелей” попало в СКП по Коптевскому району.

Первое уголовное дело в Коптево возбудили против Натальи.

Остальные “свидетели” тоже побывали на допросе у следователя и впервые с удивлением прочитали свои “показания”, данные якобы на заседании суда 23 июня 2008 года. В них было множество искажений и приписанных им сведений, неточностей в изложении фактов.

Но даже и в такой вольной интерпретации невозможно говорить о лживости их рассказов.

Они не грешили против истины, когда говорили о том, что их покойная подруга вместе с сыном периодически жили в этой спорной комнате, оплачивали коммунальные услуги, делали необходимый ремонт.

Следствие женщин выслушало, но не стало проверять факты и искать реальных виновников фальсифицикации материалов судебного заседания. Дальше – больше. Следствие даже не пыталось доказывать и обосновывать обвинение против женщин. Быстро закончив дело Натальи, его первым отправили в суд. Естественно, в тот же Коптевский, где до недавнего времени работал судья Митюшов.

Дело Натальи рассмотрели влет – признали виновной и приговорили к штрафу. Но ни суд, ни следствие не доказали, что свидетели присутствовали на судебном заседании судьи Митюшова.

Не доказали, что, рассказывая об умершей подруге, Наталья обманывала. Что у нее был умысел на дачу заведомо ложных показаний. Интересно, что все выступившие на процессе ничего про тот, первый, процесс не вспомнили.

Логика суда и следствия оказалась примитивной: если есть протокол суда, значит, суд был.

Кстати, судья Митюшов так и не появился ни на одном судебном заседании. Сердобольные “лжесвидетельницы” предположили, что, может, ему стало стыдно смотреть в глаза пожилым женщинам, оказавшимся “живым щитом”, закрывшим его от ответственности.

После успешного “процесса” в Коптевском следственном отделе бодро начали расследовать уголовное дело следующего свидетеля – Татьяны. Сразу после грубой отповеди корреспонденту “РГ” , данной госпожой Нефедовой, на следующий день в 7 утра домой к Татьяне был послан наряд милиции.

Пятеро мужчин с автоматом сразу из двух отделений милиции вломились к инвалиду чуть свет, как будто речь идет о серьезном преступнике. Бравых сотрудников органов не волновало, что пожилая женщина на больничном.

Час люди с автоматом пугали инвалида тем, что если женщина не пойдет добром, то ее в наручниках и домашнем халате доставят к следователю. Как потом оказалось, особой надобности в доставлении под конвоем не было: беседа следователя с инвалидом продлилась всего пятнадцать минут.

После беседы в коридоре Коптевского отдела СКП женщине-инвалиду стало плохо. Приехала “скорая”. На следующий день ее госпитализировали в больницу в тяжелом состоянии.

Напомним, что “свидетелей” на встрече с неизвестным “адвокатом” было шестеро. Так что впереди у Коптевского следственного отдела в запасе еще не одно уголовное дело, которое они, без сомнения, успешно расследуют.

Источник: https://rg.ru/2010/04/21/koptevo.html

Трын-трава, или Станет ли «песня про зайцев» гимном Следственного комитета

Можно ли привлечь руководителя СО СУ СК РФ к ответственности за дачу ложных показаний в судебном заседании?

Потерпевшие настаивают: осужден невиновный, а восемь свидетелей стали подсудимыми. Так закончилась московская проверка в Александрове, начатая Александром Бастрыкиным

Даже журналистам было трудно поймать Александра Бастрыкина в объектив. После встречи с жителями Александрова он стремительно сел в автомобиль и уехал
Александров. 12 июля 2012 года. Кортеж Александра Бастрыкина. Многие просители смогли увидеть только это, а не самого главного следователя России

В июле 2012 года глава СК РФ Александр Бастрыкин посетил Александров Владимирской области, чтобы выслушать местных жителей, заваливших его приемную жалобами на безнаказанность бандитов и сотрудников полиции.

Набор претензий — классический: массовые поджоги собственности местных коммерсантов (160 случаев), которые не расследуются, сфабрикованные уголовные дела, запугивание свидетелей, избиения в околотках, пропавшие люди, которых никто не ищет… Инициативную группу, добившуюся визита руководителя российского следствия, так уж получилось, возглавила предприниматель Алена Сенатрусова.

А получилось это вот почему.

В 2007 году за превышение служебных полномочий получил три года колонии начальник местного уголовного розыска Александрова Владимир Романов.

«Превышение» состояло в том, что майор милиции во время допроса сломал руку задержанному Евгению Сенатрусову (впоследствии выяснилось, что задержали его незаконно).

Через что пришлось пройти маме покалеченного молодого человека — Алене Сенатрусовой, чтобы добиться наказания костолома, — отдельный рассказ: угрозы, регулярные посадки в кутузку сына и его друзей…

В итоге — все же суд и реальный срок. А сама Алена за годы этой неравной борьбы приобрела среди горожан авторитет успешного правозащитника.

И к ней, члену совета предпринимателей при главе района, стали обращаться за помощью все, кто пострадал от действий или бездействия правоохранительных органов.

И она пыталась помочь: подсказывала, куда обратиться с заявлениями, помогала писать жалобы, писала их сама, требуя проверок и посадок.

В 2011 году, после настойчивых обращений Сенатрусовой, областная прокуратура все-таки проверила работу Александровского УВД и была вынуждена признать: раскрываемость преступлений низка, а сотрудники регулярно нарушают закон.

Такое, умноженное на посадку товарища по беспределу, не прощается. И завертелась следственно-репрессивная машина. Вертелось она два года, итогом чего стало осуждение в июне 2012 года сына Алены — Евгения Сенатрусова сразу по четырем статьям УК РФ.

Восемь лет лишения свободы, не считая двух лет заключения во время предварительного следствия: непредумышленное убийство, кража и причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

То есть страшнее рецидивиста в городе не было, или это называется — взять заложника?

С этой своей бедой Сенатрусова и пошла к Бастрыкину, который слушал ее больше часа, а затем поручил Следственному управлению СК РФ по Владимирской области провести проверку материалов предварительного следствия.

Однорукий «убийца»

5 июня 2010 года у приятеля Евгения Сенатрусова Григория Полякова состоялась вечеринка, а через неделю Григория нашли мертвым в его квартире: смерть наступила спустя сутки-двое после посиделок, причина — удар головой при падении, кроме того, на теле погибшего обнаружились следы борьбы. Дело возбудили не сразу и без особого энтузиазма. Но спустя две недели в милицию поступает анонимное сообщение: на дне рождении присутствовал Евгений Сенатрусов. И неожиданно у следствия появилась неостановимая тяга к работе.

Сенатрусова арестовали спустя полтора месяца после обнаружения тела, несмотря на то, что свидетели утверждали: во время убийства Евгений находился на работе, что подтверждают и документы вневедомственной охраны: Сенатрусов «снимал» с пульта охраны свою торговую базу.

Так что дело не заладилось с начала. А когда арестованного предъявили для опознания соседу, который утверждал, что видел молодого человека, выходившего утром в день убийства из квартиры Полякова, свидетель заявил, что среди предъявленных ему людей того человека нет.

Адвокаты же подозреваемого предъявили медицинские заключения: Евгений Сенатрусов — инвалид с детства. Его обгоревшую до кости после поражения током правую руку восстанавливали французские врачи. Однако смогли лишь нарастить ткани, а поврежденные нервы восстановлению не подлежали.

Пальцы у парня не сжимались, кости часто ломались из-за нехватки кальция, а после того, как майор Романов искалечил больную руку во время допроса, она стала полностью неподвижной.

Тем не менее начальник следственного отдела Максим Рябов и следователь Холина настаивали: с Сенатрусовым все в порядке, и он вполне мог наносить удары такой силы, чтобы повалить здорового человека. Но заключение под стражей заменили домашним арестом.

Как представляется, решение суда следователь Холина посчитала личным поражением и всерьез взялась за Сенатрусова, подключив к оперативному сопровождению замначальника УВД Алексея Чупенкова. Нужны были новые обвинения — раз с убийством затык. Как велась эта «следственная» работа, рассказывают документы.

Срочно требуются потерпевшие

Из заявления Алексея Дмитриева прокурору города Александрова от 7 октября 2010 года: «Меня привезли в милицию и сказали, что задержали по подозрению по статье 158 часть 1 (кража чужого имущества).

Первые двое суток меня избивали и говорили, что если я дам ложные показания против Сенатрусова, то меня в тюрьму не посадят, а отпустят. Потом оперативник на машине ВАЗ-2105 отвез меня к участковому нерусской внешности, который мне сказал, что Сенатрусов много насолил, его надо посадить .

Участковый написал бумаги, и я подписался, потому что если бы я этого не сделал, меня снова начали бы избивать в милиции. Когда я сидел в коридоре в милиции, сотрудник милиции Кочнев говорил, что за своего Романова им нужно посадить Сенатрусова, а я должен давать ложные показания.

После второй ночи пришел Чупенков и повел меня в прокуратуру к Гущенкову, ему я давал такие же показания, как участковому. К Сенатрусову я никаких претензий не имею, он мне друг, и никаких телесных повреждений он не причинял…»

И таких «потерпевших» в уголовных делах Сенатрусова — несколько. Любовь Борисову заставляли говорить, что Евгений украл у нее мобильный телефон и деньги, проникнув в квартиру через форточку. В своей жалобе городскому прокурору А.И. Шайкину и руководителю следственного отдела М.

Рябову еще до суда Борисова сообщает, что Чупенков и Холина буквально преследуют ее, заставляя давать ложные показания. Подписав от испуга все, что они требовали, в суде Борисова сказала: никакого отношения Сенатрусов к пропаже ее телефона и денег не имеет, а кражу на ее глазах совершил муж-наркоман.

И пояснила: она не давала тех показаний, которые записаны в протоколах допросов, это следователь Холина Ольга сама их составила, а Борисову вынудила подписать.

Похожая история произошла с Екатериной Майоровой и Александром Андриановым. Их тоже сделали «потерпевшими», после чего обоим пришлось скрываться от подполковника Чупенкова и писать жалобы в прокуратуру.

Суд и дело

На процессе практически все свидетели обвинения отказались от своих прежних показаний и заявили: Евгений Сенатрусов невиновен, они потерпевшими себя не считают, а оговорили его из-за жесткого давления следователя и сотрудников полиции.

Явка с повинной потерпевшей Екатерины Майоровой-Андриановой: «28.01.2010 года я написала заявление в милицию, что якобы Сенатрусов Е.В. открыто похитил у меня телефон. На самом деле Сенатрусов Е.В. никакого преступления не совершал. Телефон Сенатрусов у меня не брал, я вынуждена была его оговорить, т.к.

очень сильно боялась мужа Андрианова (информатора Чупенкова. — Т. Т.), он ранее меня избивал и резал ножом, сжег дом моей матери». Эта явка была направлена нынешнему начальнику ОМВД Александровского района полковнику Пидсаднему 27 июня 2012 года.

А еще раньше потерпевшая Майорова все это рассказала судье Шаймердянову, который вел процесс Сенатрусова.

После вынесения приговора Сенат-русову Екатерина Майорова написала собственную кассационную жалобу в облсуд: «Телефон, который повесили на Сенатрусова Е.В., принадлежит не мне, а Марееву А.А. Об этом я говорила и на следствии, и в суде, но судья Шаймердянов не принял мои слова во внимание. Поэтому прошу отменить приговор Александровского суда от 22.06.2012 г. и Сенатрусова Е.В. оправдать».

В судебном заседании участвовал и настоящий потерпевший, у которого украли телефон, — А.А. Мареев. Вот его заявление в ОМВД: «20 декабря 2009 года Андрианов А.А. совершил разбойное нападение в отношении меня.

Андрианов (Фунтик) ударил меня по голове, лицу, сорвал золотую цепь с крестом стоимостью 25 000 рублей и из внутреннего кармана вытащил телефон марки «Нокия-слайдер» . В суде я давал показания и делал заявление о преступлении, которое совершил Андрианов А.А. в отношении меня, но до сегодняшнего дня меня в полицию не вызывали».

Но судья ничего из этого во внимание не принял, как и результаты многочисленных экспертиз: ну не мог человек с обездвиженной рукой совершить все эти преступления.

Сам же Александр Андрианов, совершивший, по мнению Мареева, кражу телефона, в данном деле был потерпевшим, потому что на предварительном следствии дал следователю Холиной показания против Сенатрусова — якобы тот во время драки сломал ему ногу.

Позже он попросит Алену Сенатрусову записать на видео его покаяние — оболгал он ее сына, и в суде Андрианов откажется от показаний, данных на следствии, признавшись, что сломал ногу сам при падении.

А еще он расскажет, как именно следователь Холина и сотрудники полиции заставляли его стать потерпевшим — с помощью побоев, угроз и предложения закрыть глаза на совершенное им преступление.

И вот что произошло после его признаний в суде: «…в зале судебного заседания сотрудник полиции А. Чупенков приковывает Андрианова А. наручниками к перилам лестницы в здании Александровского РОВД с тем, чтобы утром на следующий день Андрианов А.

дал ложные показания» (из кассационной жалобы. — Т. Т.). Но и на следующий день Андрианов говорит правду. Тогда полицейские попытались вытащить его силой прямо из зала суда — и судья был вынужден взять Андрианова под госзащиту.

Правда, на приговор эти события никак не повлияли.

Потусторонний протокол

Случился на процессе и анекдот. В эпизоде о краже денег и телефона у Любови Борисовой в качестве основного вещдока фигурирует черная кепка-бейсболка, которую Евгений Сенатрусов якобы забыл в квартире, после того как залез в нее через форточку. Но прямо в ходе судебного слушания кепку эту опознает свидетель Орданов: моя эта кепка, говорит, забыл ее у Борисовой еще три года назад.

Суд сделал вид, что и этих показаний не было — они не получили оценку в приговоре. А кепка оценку получила. Из приговора: «Кепку черного цвета по вступлению приговора в законную силу уничтожить в соответствии со ст. 81 УПК РФ».

Что собой представляют стенограмма судебного заседания и приговор, можно понять, прочитав кассационную жалобу адвокатов: «В протоколе судебного заседания от 31.01.2012 года не зафиксирован вопрос защитника Денисова А.В. к свидетелю Холиной О.А. (она же, как вы помните, и вела следствие. — Т. Т.

Источник: https://novayagazeta.ru/inquests/59604.html

– все члены группы, были детально проинструктированы Азизовой И. о линии поведения, которой надлежало придерживаться в случае, если проведенная сделка по купле либо продаже иностранной валюты станет предметом разбирательства правоохранительных органов – в такой ситуации, Азизовой И. было определено, что тот член группы, в отношении которого будет установлено проведение незаконной валютной операции, должен сразу и безоговорочно признавать факт совершения административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.15.25 КоАП РФ, и признавать сумму, на которую была проведена данная операция – что бы сотрудники правоохранительных органов ограничились лишь изъятием данной суммы, и не проводили более детальную проверку, результатом которой могло бы стать изъятие более крупных сумм оборотных и незаконно полученных в качестве дохода денежных средств, а так же установление всех обстоятельств и пресечение всей незаконной банковской деятельности группы в целом (приговор вступил в законную силу 07.08.2018 г.)

Можно ли привлечь руководителя СО СУ СК РФ к ответственности за дачу ложных показаний в судебном заседании?
sh: 1: –format=html: not found

ДОКУМЕНТЫ СУДА

СПРАВКА по результатам изучения судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности в 2018 году, в январе-мае 2019 года

СПРАВКА по результатам изучения судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности в 2018 году, в январе-мае 2019 года

СПРАВКА

Верховного Суда Республики Крым

по результатам изучения судебной практики

по уголовным делам о преступлениях

в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности

в 2018 году, в январе-мае 2019 года

Во исполнение поручения Верховного Суда Российской Федерации № 7-ВС-3550/19 от 29 мая 2019 года проведен анализ судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, предусмотренных статьями 159-1593, 1595, 1596, 160, 165, 1701, 171, 1711, 1713-1723, 1731-1741, 176-178, 180, 181, 183, 185-1854, 190-1994, 2001-2003, 201, 210 УК РФ, рассмотренным в 2018 году и январе-мае 2019 года, в ходе которого изучены уголовные дела соответствующей категории, соответствующие судебные решения, в том числе решения вышестоящих инстанций, справки районных судов республики, в том числе по результатам изучения соответствующей практики рассмотрения дел анализируемой категории мировыми судьями республики.

В период с января 2018 года по 31 мая 2019 года судами республики (в том числе мировыми судьями) всего рассмотрено 30 уголовных дел анализируемой категории в отношении 34 лиц, из которых:

– осуждено 22 лица:

– прекращено дел в отношении 11 лиц, в отношении 4 из которых по реабилитирующим основаниям судами апелляционной и кассационной инстанций, в отношении остальных по основаниям, предусмотренным ст. 75 (1 лицо), 762 (5 лиц), 78 (1 лицо) УК РФ.

В отношении 1 лица уголовное дело возвращено прокурору судом апелляционной инстанции после отмены приговора.

Из анализируемой категории дел на рассмотрении судов находились дела о преступлениях, предусмотренных: ч.1 ст. 159; ч. 3 ст. 159; ч. 4 ст. 159; ч.1 ст. 160; ч.3 ст. 160; ч. 4 ст. 160; ч. 1 ст. 171; п.

«а,б» ч. 2 ст. 172; п. «б» ч. 2 ст. 171; ч. 6 ст. 1711; п. «б» ч. 2 ст. 1713; ст. 1714; п. «а» ч. 4 ст. 1741; ст. 1744; ст. 177; ч. 1 ст. 180; ч. 1 ст. 1992 Уголовного кодекса Российской Федерации.

По одному уголовному дело 2 лица совершили преступление, предусмотренное ч. 6 ст. 1711 УК РФ, в группе по предварительному сговору, по другому делу 2 лица совершили преступление, предусмотренное п.п. «а», «б» ч.2 ст. 172 УК РФ, организованной группой.

Судебная практика

Результаты изучения судебной практики рассмотрения дел соответствующей категории показали, что в заданном периоде проблемы у судов возникли лишь при квалификации деяний, предусмотренных ст. 1741 УК РФ. В целом же проблем правоприменения, касающихся уголовно-правовой квалификации, у судей республики не возникало.

При рассмотрении дел указанной категории, кроме Конституции Российской Федерации, уголовного и уголовно-процессуального законодательства, законодательства в области гражданского, банковского, налогового и иных отраслей права, судьи республики также используют разъяснения, изложенные в постановлениях Пленума Верховного Суда республики Крым от 15 ноября 2016 года № 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности», № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».

При этом вопросов, связанных с применением разъяснений (касающихся уголовно-правовой квалификации), содержащихся в вышеперечисленных постановления Пленума, у судей не возникло.

Как уже отмечалось, вопросы возникли лишь при применении разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7 июля 2015 г.

№ 32 “О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем”, во взаимосвязи с положениями ст. 3 Федерального закона от 7 августа 2001 г.

№ 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», в той части указанных нормативных документов, которые разъясняли – что необходимо понимать под легализацией денежных средств и иного имущества, полученных в результате преступления.

При этом по данному вопросу на сегодняшний день судьи республики трудностей не испытывают, поскольку тщательно изучена и проанализирована соответствующая судебная практика, проведены занятия с судьями (случаи описаны в пункте 1 справки).

По вопросам программы

1.

В ходе изучения судебной практики рассмотрения судами республики уголовных о преступлениях в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, установлен случай изменения (государственным обвинителем в судебном заседании) первоначального обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в сфере предпринимательской деятельности, в связи с неправильной квалификацией органами предварительного расследования по признаку субъекта преступления.

Так, уголовное дело по обвинению Аксенова поступило в Бахчисарайский районный суд РК с квалификацией его деяний по двум эпизодам части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Источник: http://vs.krm.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=92

Окно права
Добавить комментарий